Маленький человек на Большой войне

v

Не так давно исполнилось 70 лет со дня снятия блокады Ленинграда. Казалось, мы видели и читали уже достаточно много документов, воспоминаний и свидетельств тех печальных дней. Но хотелось бы обратить внимание еще на одну публикацию – «Сохрани мою печальную историю»: блокадный дневник Лены Мухиной», подготовленный к изданию сотрудниками Санкт-Петербургского Института истории РАН и напечатанный в издательстве «Азбука-Аттикус». В 1962 году дневник попал в Ленинградский партийный архив (теперь Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга) и хранится там по сей день.

Лена Мухина – ленинградская школьница, в ноябре 1941 года ей исполнилось 17 лет. Как и многие подростки, она вела дневник. Самое начало записок датировано 22 мая 1941 года. Первая любовь, отношения с одноклассниками, приближающиеся экзамены… Однако после 22 июня все это сменяется записями о начавшейся войне. Собственно «блокадным» дневник становится с середины осени 1941 года. Девочка живет с приемной матерью и Акой (Азалия Константиновна Крумс-Штраус), которые обе умирают, Ака – в январе 1942 года, а «мама Лена» – 8 февраля 1942-го. Поначалу в дневнике много фраз из газетных передовиц, типа: «Врага побеждает наш советский лозунг: «Один за всех, и все за одного!». Потом прорывается частное: «…а в Москве Сталин вчера дал опять обед в честь Идена. Прямо безобразие, они там жрут как черти, а мы даже куска своего хлеба не можем получить по–человечески». И потом этот ребенок сокрушается: « Боже мой, как я измельчала. Думаю и пишу только о еде».

У блокады свои горести и свои радости. На новогодней елке Лена вылизывает кастрюльку из–под каши (воспользовавшись темнотой) и мечтательно пишет: «Я слышала, что в другом каком-то театре на елке для 7-ого, кажется, класса дали обед: суп мясной с чечевицей, запеканка из макарон, желе и угощение: кусочек шоколаду, пряник, два печенья и 3 соевых конфетки. Вот и не знаю, правда это или сказка. Наверно, брехня». И признание в конце такое горькое: «Скорей бы уехать из этого проклятого Ленинграда. Правда, это прекрасный, красивый город, и я к нему сильно привыкла. Но я не могу его больше видеть, а тем более любить».

Эта книга – попытка через слово понять и осмыслить происходившее в те страшные дни. И она является свидетельством того, что в самое бесчеловечное время люди пытались сохранить свою человеческую сущность. В условиях, когда рушатся общепринятые нормы морали, когда борьба за выживание лишает человеческого лица, а голод и страх смерти превращают человека в животное, подобный дневник был одним из средств спасения для этого ребенка. Когда-то Лена мечтала написать вместе с подругой книгу, «которую хотелось бы прочесть, но которой, к сожалению, не существует». Эта книга — существует.

Другая книга, о которой хотелось бы сказать, тоже о войне и Ленинграде. Только написанная от лица его защитника. Имя Даниила Гранина известно большинству наших современников, пусть хотя бы только на слух. Русский писатель, фронтовик, защитник блокадного Ленинграда, почетный гражданин Санкт-Петербурга написал книгу от лица простого лейтенанта из числа тех, кого отправляли в пекло боев целыми армиями. И, понятное дело, не стоит ожидать от этого произведения очередной глянцевой картинки войны – с победными маршами, патриотическими настроениями и громкими подвигами. Это взгляд на войну изнутри – из окопов и траншей. Все, кто прочел «Мой лейтенант» отмечают состояние полного погружения в книгу и тему – по-другому и не скажешь, поскольку у читателя не остается никакого другого выхода, кроме как вместе с ним и его «лейтенантом Д.» тащить эту бесконечную и невыносимую лямку войны — «войны окопной, войны не штабной и не геройско-победной, а смрадно воняющей разлагающейся и гниющей, спазматически схватывающей пустой желудок муками блокадного голода, горячечно отдающей острым смертным потом страха и боли. Войны, о которой не принято было писать сразу после её окончания, не положено было писать спустя десятилетия и не охотно вспоминаемой и рассказываемой сейчас».

«А что генералы могли знать о том, как мы спим, не раздеваясь по три недели? Ни бани, ни вошебойки. Они ни разу к нам в землянку не заглядывали. Не жрали у себя в штабах кашу с осколками и шрапнелью, не знали зимы, когда не согреться и не подтереться. В своих грёбаных штабах понятия не имели, как мы хороним друг друга, сбрасывая в траншеи, в мелкие, копать глубже сил не было, а по весне в воду…»

Откровенная, страшная, неудобная и некрасивая правда о месте человека на войне и о жизни после нее. Много написано о послевоенном времени: восстановление города, поиски работы, возвращение к нормальной жизни…

Татьяна Козловская,
главный библиотекарь ЦБС

Both comments and pings are currently closed.

Комментирование закрыто.

Яндекс.Метрика
Евгений Гришковец в Обнинске Дикая мята-2014